Владиміръ Высоцкій. Пѣсня объ антисемитахъ.

Мишка Шифманъ.

Мишка Шифманъ башковитъ,
У него предвидѣнье.
«Что̀ мы видимъ, говоритъ,
Кромѣ телевидѣнья?
Смотримъ конкурсъ въ Сопотѣ
И глотаемъ пыль,
А кого ни попадя
Пускаютъ въ Исраи́ль.»

Мишка также сообщилъ
По дорогѣ въ Мневники:
«Голду Меиръ я словилъ
Въ радіопріемникѣ.»
И такое разсказалъ,
До того красиво,
Я чуть было не попалъ
Въ лапы Тель-Авива!

Я сперва-то былъ не пьянъ,
Возразилъ два раза я.
Говорю: «Моше Даянъ
Стерва одноглазая.
Агрессивный, бестія,
Чистый фараонъ!
Ну а гдѣ агрессія,
Быть какой резонъ?»

Мишка тутъ же впалъ въ экстазъ
Послѣ литры выпитой,
Говоритъ: «Они же насъ
Выгнали съ Египета!
Оскорбленія простить
Не могу такого
Я позоръ желаю смыть
Съ Рождества Христова!»

Мишка взялъ меня за грудь:
«Мнѣ нужна компанія!
Мы жъ съ тобой не какъ нибудь
Здравствуй, до свиданія.
Побредемъ, паломники,
Чувства придавивъ...
Что̀ намъ эти Мневники?
Ѣдемъ въ Тель-Авивъ!»

Я сказалъ: «Я вотъ онъ весь!
Ты же спасъ меня въ порту!
Но одна загвоздка есть:
Русскій я по паспорту.
Только русскіе въ роднѣ,
Прадѣдъ мой самаринъ.
Если кто и влѣзъ ко мнѣ,
Такъ и тотъ татаринъ.»

Мишку Шифмана не трожь,
Съ Мишкой прочь сомнѣнія!
У него евреи сплошь
Въ каждомъ поколѣніи.
Дѣдъ, параличомъ разбитъ,
Бывшій врачъ-вредитель...
А у меня антисемитъ
На антисемитѣ.

Мишка мой кричитъ: «Къ чертямъ!
Не могу безъ манны я!
Ѣдемъ, Коля, море тамъ
Исраилеванное!..»
Видя Мишкину тоску
А онъ въ тоскѣ опасенъ,
Я еще хлебнулъ кваску
И сказалъ: «Согласенъ.»

...Хвостъ огромный въ кабинетъ
Из людей, пожалуй, ста.
Мишкѣ тамъ сказали «нѣтъ»,
Ну, а мнѣ «пожалуйста».
Онъ кричитъ: «Ошибка тутъ!
Это я еврей!..»
А ему: «Не шибко тутъ!
Выйдь вонъ изъ дверей!»

Мишку мучаетъ вопросъ:
Кто здѣсь врагъ таинственный?
А отвѣтъ ужасно простъ,
И отвѣтъ единственный.
Я въ порядкѣ, тьфу-тьфу-тьфу,
Мишка пьетъ проклятую,
Говоритъ, что за графу
Не пустили пятую...

1972 г.

Главная страница.