Владиміръ Высоцкій. Мой Гамлетъ.

Притча о Правдѣ и Лжи.

Булату Окуджавѣ.

Нѣжная Правда въ красивыхъ одеждахъ ходила,
Принарядившись для сирыхъ, блаженныхъ, калѣкъ.
Грубая Ложь эту Правду къ себѣ заманила—
Молъ, оставайся-ка ты у меня на ночлегъ.

И легковѣрная Правда спокойно уснула,
Слюни пустила и разулыбалась во снѣ.
Хитрая Ложь на себя одѣяло стянула,
Въ Правду впилась и осталась довольна вполнѣ.

И поднялась, и скроила ей рожу бульдожью,—
Баба какъ баба, и что ея ради радѣть?
Разницы нѣтъ никакой между Правдой и Ложью,
Если, конечно, и ту и другую раздѣть.

Выплела ловко изъ косъ золотистыя ленты
И прихватила одежды, примѣривъ на глазъ.
Деньги взяла, и часы, и еще документы,
Сплюнула, грязно ругнулась и вонъ подалась.

Только къ утру обнаружила Правда пропажу
И подивилась, себя оглядѣвъ дѣлово:
Кто-то уже, раздобывъ гдѣ-то черную сажу,
Вымазалъ чистую Правду, а такъ—ничего.

Правда смѣялась, когда въ нее камни бросали:
«Ложь это все, и на Лжи одѣянье мое!..»
Двое блаженныхъ калѣкъ протоколъ составляли
И обзывали дурными словами ее.

Стервой ругали ее, и похуже, чѣмъ стервой,
Мазали глиной, спустили двороваго пса...
«Духу чтобъ не было,—на километръ сто первый
Выселить, выслать за двадцать четыре часа!»

Тотъ протоколъ заключался обидной тирадой,—
Кстати, навѣсили Правдѣ чужія дѣла,—
Дескать, какая-то мразь называется Правдой,
Ну а сама пропилась, проспалась догола.

Впрочемъ, легко уживаться съ завѣдомой ложью,
Правда колола глаза и намаялись съ ней.
Бродитъ теперь, неподкупная, по бездорожью,
Изъ-за своей наготы избѣгая людей.

Нѣкій чудакъ и понынѣ за Правду воюетъ,—
Правда, въ рѣчахъ его правды—на ломаный грошъ.
Чистая правда со временемъ восторжествуетъ,
Если, конечно, раскроется явная ложь.

Такъ что, друзья, у чужихъ оставаться не надо,
Вѣдь неизвѣстно, къ кому на ночлегъ попадешь.
Могутъ раздѣть—увѣряю васъ, что это правда!
Глядь, а штаны твои носитъ коварная Ложь.
Глядь, на часы твои смотритъ коварная Ложь.
Глядь, а конемъ твоимъ правитъ коварная Ложь.

1977 г.

Главная страница.