Владиміръ Высоцкій. Высота.

Набатъ.

Вотъ въ набатъ забили:
 

 
 или праздникъ, или

Надвигается, какъ встарь,
 

 
 чума.

Заглушая лѵру,
 

 
 звонъ идетъ по міру, —

Можетъ быть, сошелъ звонарь
 

 
 съ ума?

Слѣдомъ за тѣмъ погребальнымъ набатомъ
Страхъ овладѣетъ сестрою и братомъ,

Съежимся мы
 

 
 подъ ногами чумы,

Путь уступая гробамъ и солдатамъ.

Нѣтъ, звонарь не боленъ:
 

 
 слышно съ колоколенъ,

Какъ печатаетъ шаги
 

 
 судьба.

Нынче тлѣютъ угли
 

 
 тамъ, гдѣ были джунгли;

Грубо топчутъ сапоги
 

 
 хлѣба.

Выходъ одинъ бѣднякамъ и богатымъ:
Смерть — это самый безстрастный анатомъ.

Всѣ мы равны
 

 
 передъ ликомъ войны,

Только привычнѣй чуть-чуть Азіатамъ.

Не въ лѣса одѣта
 

 
 бѣдная планета,

Нѣтъ — огнемъ согрѣта Мать-
 

 
Земля!

А когда остынетъ —
 

 
 станетъ міръ пустыней,

Вновь придется начинать
 

 
 съ нуля.

Всѣхъ насъ зовутъ зазывалы изъ пекла —
Выпить на праздникѣ пыли и пепла,
Потанцовать съ одноглазымъ цѵклопомъ,
Понаблюдать за всемірнымъ потопомъ.

Не во снѣ все это,
 

 
 это близко гдѣ-то, —

Запахъ тлѣнья, черный дымъ
 

 
 и гарь.

Звонъ все глуше: видно,
 

 
 сверху лучше видно —

Сталъ отъ ужаса сѣдымъ
 

 
 звонарь.

Бей же, звонарь, разбуди полусонныхъ,
Предупреди беззаботныхъ влюбленныхъ,
Что хорошо будетъ въ мірѣ сожженномъ
Лишь мертвецамъ и еще не рожденнымъ!

1973 г.

Главная страница.