Публикаціи о Порфиріи Ивановѣ.

Экспериментъ длиною въ полвѣка.

Какъ жить не болѣя? Объ этомъ мечтали поколѣнія и поколѣнія. Но и сейчасъ, несмотря на потрясающіе успѣхи меди­ци­ны, мы съ огорченіемъ должны признать, что болѣть человѣчество меньше не стало. Не будемъ говорить о слож­ныхъ болѣзняхъ, возьмемъ эле­ментарную простуду. По статистикѣ болѣе половины всѣхъ заболѣваній при­хо­дится именно на нее.

Множество есть разнообразныхъ способовъ, помогающихъ человѣку оставаться здоровымъ, среди нихъ на первомъ мѣстѣ стоитъ за­ка­ливаніе.

Къ сожаленію, воздѣйствіе холода на человѣка изучено еще весьма слабо. Между тѣмъ цѣлебныя свойства ледяной воды извѣстны давно, тысячелѣтія. И этотъ опытъ народной медицины сегодня съ успѣхомъ перенимаютъ врачи. Въ Калугѣ, напримѣръ, въ первой городской больницѣ холодомъ лѣчатъ неврозы и бронхіальную астму; въ Ялтинскомъ санаторіи имени С. М. Кирова съ помощью зимнихъ купаній въ морѣ избавляютъ отъ гипертоніи и неврастеніи.

Механизмъ благотворнаго вліянія холода на организмъ И. П. Павловъ объяснялъ «встряскою нервнымъ клѣткамъ», рѣзкимъ воз­дѣйствіемъ на центральную нервную систему. Но по-прежнему многіе вопросы вліянія холода на че­ло­вѣка остаются открытыми.

Вотъ почему, на нашъ взглядъ, такъ цѣненъ экспериментъ, который вотъ уже почти пятьдесятъ лѣтъ ставитъ на са­момъ себѣ житель Ворошиловградской области Порфирій Корнеевичъ Ивановъ. Онъ настолько пріучилъ себя къ хо­ло­ду, что часами можетъ въ однихъ шортахъ и босикомъ! находиться зимой на улицѣ.

Ему пошелъ восемьдесятъ пятый годъ, за полвѣка, что онъ дружитъ съ морозомъ, ни разу не простужался, не бо­лѣлъ ни ангиною, ни гриппомъ. А раньше хворалъ, какъ и всѣ...

О Порфиріи Корнеевиче я узналъ отъ писателя В. Г. Черкасова, который сталъ ярымъ приверженцемъ простой сис­темы оздо­ров­ле­нія, разработанной Ивановымъ. И не онъ одинъ: только въ Москвѣ знаю теперь десятки инженеровъ, врачей, ученыхъ пос­лѣ­до­ва­телей Иванова. По примѣру Учителя, какъ всѣ они его называютъ, бѣгаютъ по снѣгу босикомъ; о болѣзняхъ забыли, хотя когда-то частенько болѣли, и благодарны судьбѣ, что свела ихъ съ Порфиріемъ Корнеевичемъ.

Еще до поѣздки на хуторъ Верхній Кондрючій, гдѣ онъ живетъ, прочелъ о немъ въ книгѣ двухъ врачей, Н. Агад­жа­няна и А. Каткова, «Резервы нашего организма»:

«Въ любой морозъ онъ прогуливается босикомъ по снѣгу... и не ощущаетъ при этомъ никакого холода.»

Показалось страннымъ неужели и правда не чувствуетъ холода? Этотъ вопросъ былъ первымъ, который я задалъ Порфирію Корнеевичу.

«Какъ это не чую холода! воскликнулъ онъ. Чую, да еще шибче васъ. Только вы всѣ его боитесь, а я не боюсь. Изъ вѣчнаго врага человѣческаго я сдѣлалъ друга.» 1)

«И вы въ самомъ дѣле никогда не болѣете?»

«Почему же? Все время болѣю. Болѣю мыслью, что я умѣю, а мнѣ не даютъ передать свое умѣніе людямъ.»

«Говорятъ, что вы въ Бога вѣрите.»

«Брешутъ 2). Вѣрилъ когда-то, пока не понялъ, что Богъ пребываетъ не на небѣ, а на землѣ въ людяхъ, кои сумѣли одержать побѣду надъ собою.»

Интересна судьба этого необычнаго человѣка. Родился въ бѣдняцкой семье; какъ и отецъ, сталъ шахтеромъ. Впер­вые спустился въ шахту въ пятнадцать лѣтъ. Здѣсь былъ и плитовымъ, и катальщикомъ, и зарубщикомъ, и от­бой­щи­комъ. Въ 1917 году забрали въ ар­мію.

«До фронта доѣхать не успѣлъ, разсказываетъ Порфирій Корнеевичъ, царя скинули съ пути.»

Повоевать все-таки пришлось, въ партизанахъ. Пускалъ подъ откосъ эшелоны интервентовъ, однажды спалилъ анг­лій­скій самолетъ, за что получилъ благодарность отъ командованія. Послѣ войны возстанавливалъ шахты въ Дон­бас­сѣ, участвовалъ въ колхозномъ дви­же­ніи, руководилъ артелью лѣсныхъ рабочихъ.

Сейчасъ, когда ему идетъ девятый десятокъ, онъ поражаетъ смѣлостью своихъ разсужденій. Онъ и всегда былъ та­кимъ дерзкимъ, смѣлымъ, думающимъ. Вотъ такъ однажды (было это на Кавказѣ, стоялъ онъ надъ моремъ, на вы­со­кой скалѣ) пришла къ нему мысль: «Почему люди такъ устроены, что лишь полжизни у нихъ проходитъ въ бла­го­по­лу­чіи пока молоды; а достигли зрѣлости, казалось бы, жить да жить на пользу другимъ, но не тутъ то было: на­ва­ли­ва­ют­ся на человѣка болѣзни, дѣлаютъ его неполноцѣннымъ, за­став­ля­ютъ больше думать не о дѣлѣ, ради ко­то­ра­го онъ и пришелъ на землю, а о себѣ. Болѣзни дѣлаютъ человѣка эгоистомъ. Не оттого ли многія бѣды людскія про­ис­хо­дятъ, что человѣкъ не умѣетъ побѣдить свою немощь? Сколько ни кутайся, все равно это не спасетъ отъ не­дуговъ. А что̀, если сдѣлать наоборотъ не прятаться отъ природы, а пойти ей на встрѣчу, стать ближе къ природѣ, слиться съ нею?»

И Порфирій Корнеевичъ рѣшилъ доказать сначала самому себѣ, что «нехорошія силы природы» (его выраженіе) можно приручить и обратить ихъ себѣ на пользу. Онъ сталъ выходить на морозъ раздѣтымъ. Сначала на нѣсколько секундъ, потомъ на полминуты. Съ каждымъ разомъ все больше и больше. Дошло до того, что въ метель уходилъ въ однихъ шортахъ за околицу и часами гулялъ въ полѣ среди вѣтра и стужи. Онъ возвращался весь заиндивѣвшій, въ клубахъ пара, и селяне не могли надивиться: неужели завтра не сляжетъ въ постель съ крупознымъ воспаленіемъ легкихъ, а то и съ чѣмъ нибудь похуже?

Но это въ прошломъ. Сейчасъ, когда вышелъ на пенсію, Ивановъ одержимъ идеей передать свой уникальный (не­сом­нѣнно, уни­каль­ный!) опытъ закалки людямъ, ученымъ. А что̀ ученые? Не спѣшатъ пока. Можетъ быть, не знаютъ объ Ивановѣ?..

«Я обращаюсь къ людямъ, говоритъ Порфирій Корнеевичъ. Дорогіе вы мои, всѣ ваши болѣзни отъ нѣжести ва­шей: отъ тепла, отъ вкусной пищи, отъ покоя. Не бойтесь холода, онъ мобилизуетъ, какъ нынче модно сказывать, за­щи­ту организма. Холодъ кидаетъ въ тѣло гормонъ здоровья. Пусть каждый покумекаетъ, что̀ ему важнѣе дѣло или малыя радости. На все должна быть побѣда. Че­ло­вѣкъ долженъ жить въ побѣдѣ; если ее не получишь, грошъ тебѣ цѣна въ базарный день... Зачѣмъ лѣчиться, когда можно и должно болѣзнь въ тѣло не пускать!»

Еще Марксъ говорилъ, что цивилизованный человѣкъ долженъ такъ же умѣть противостоять природѣ, какъ это умѣ­ли дѣлать древ­нѣй­шіе люди. Порфирій Ивановъ умѣетъ противостоять природѣ. Опорою ему въ этомъ служитъ его сис­те­ма. Онъ шелъ къ ней почти полвѣка и почти полвѣка неукоснительно ей слѣдуетъ. Система эта на первый взглядъ удивительно проста, содержитъ всего семь правилъ, нѣкоторыя изъ нихъ вродѣ бы отношенія къ оздо­ров­ле­нію организма не имѣютъ. Судите сами.

Первое правило. Живи съ постояннымъ желаніемъ сдѣлать людямъ добро и, коли сдѣлалъ, никогда не вспоминай объ этомъ, по­спѣ­ши сдѣлать еще.

Правило второе. Все старайся дѣлать только съ удовольствіемъ, съ радостью. И пока не научишься дѣло дѣлать съ радостью, считай, что не умѣешь его дѣлать.

Казалось бы, не о здоровьѣ рѣчь, а по сути о самомъ что̀ ни на есть главномъ здоровьѣ говоритъ старецъ о здо­ровьѣ души 3). Безъ него развѣ можно тѣло вылѣчить? Вотъ остальныя его правила:

Не пей ни вина, ни водки.

Одинъ день въ недѣлю голодай, а въ другое время ѣшь поменьше мяса и вообще ѣшь поменьше. («А то сегодня люди просто стра­да­ютъ обжорствомъ, ѣдятъ вдвое больше, чѣмъ природа ихъ требуетъ. Обильная ѣда голову ясности ли­ша­етъ.»)

Ходи круглый годъ босикомъ по травѣ и по снѣгу хотя бы нѣсколько минутъ въ день.

Ежедневно, утромъ и вечеромъ, обливайся холодною водою.

Намъ обоимъ, фотокорреспонденту Эдуарду Эттингеру и мнѣ, прелести этого правила пришлось испытать на себѣ. Сначала мы, ко­неч­но, наотрѣзъ отказались. Страшно было даже подумать; тѣмъ болѣе, у меня болѣло горло и на­чи­нал­ся насморкъ. Лишь когда мы увидѣли, какъ огорчился Порфирій Корнеевичъ («Значитъ, и вы мнѣ не вѣрите?»), рѣ­ши­ли рискнуть ради оздоровленія че­ло­вѣ­чест­ва. Когда онъ вылилъ намъ на голову и на плечи по ведру ледяной во­ды (на улицѣ было около десяти градусовъ), мы поняли, что такое неземныя ощущенія. Но черезъ полчаса, кстати сказать, отъ моей простуды не осталось и слѣда. Обливались мы каждый день, но лишь къ концу нашего пя­ти­днев­на­го пребыванія въ домѣ Порфирія Корнеевича почувствовали вкусъ къ этой процедурѣ. Мы ни­ко­имъ об­ра­зомъ, конечно, не призываемъ никого тутъ же слѣдовать нашему примѣру. Мы только излагаемъ факты.

И послѣднее правило. Почаще бывать на воздухѣ съ открытымъ тѣломъ, и лѣтомъ и зимою. («Пусть тѣло дышитъ и учится брать тепло отъ холода.»)

Кому-то эта мысль Иванова покажется абсурдной, смѣшной. Но вотъ что по этому поводу говоритъ спеціалистъ въ об­лас­ти тер­мо­ди­на­ми­ки, къ слову, одинъ изъ послѣдователей Иванова, кандидатъ техническихъ наукъ И. Хво­щев­скій:

«Въ результатѣ своего безпримѣрнаго опыта П. К. Иванову удалось показать, что въ человѣческомъ организмѣ въ ус­ло­ві­яхъ холода на­чи­на­ютъ проявляться процессы, связанные съ постоянной выработкой внутренней энергіи. Не ис­клю­че­но, что это перекликается съ геніальной, возможно, но пока не получившей убѣдительнаго обоснованія гипо­те­зой К. Э. Ціолковскаго о медленномъ и без­плат­номъ отнятіи энергіи отъ окружающихъ холодныхъ тѣлъ. Мы дѣйст­ви­тель­но очень мало знаемъ о человѣкѣ, о его резервныхъ воз­мож­нос­тяхъ. Не исключено, что въ необычныхъ, экс­тре­маль­ныхъ условіяхъ въ организмѣ открываются невѣдомыя намъ качества; пока мы можемъ только до­га­ды­вать­ся о нихъ. Вотъ почему такъ важенъ опытъ, который въ теченіѣ полувѣка проводитъ на себѣ Порфирій Кор­нее­вичъ Ива­новъ. Трудно найти другой примѣръ подобной цѣлеустремленности...»

На хуторѣ у Иванова много послѣдователей. Первая изъ нихъ его жена, Валентина Леонтьевна. Когда-то она очень тяжело болѣла, теперь, въ свои семьдесятъ, считаетъ себя совершенно здоровымъ человѣкомъ.

«Я боюсь, говоритъ она, зимою пропустить и одинъ день, чтобы не выйти раздѣтою на морозъ, не окатиться ле­дя­ною водою. А вдругъ болѣзни опять нагрянутъ, какъ это было двадцать пять лѣтъ назадъ.»

Валентина Леонтьевна, такъ же какъ и Порфирій Корнеевичъ, очень мало ѣстъ. И несмотря на то, что весь день въ ра­бо­тѣ (какъ и лю­бая крестьянская женщина), устаетъ теперь значительно меньше, чѣмъ раньше, когда еще не дру­жи­ла съ холодомъ и не ог­ра­ни­чи­ва­ла себя въ ѣдѣ. Вполнѣ возможно, что оба этихъ фактора какимъ-то образомъ свя­за­ны между собою одно помогаетъ пе­ре­но­сить дру­гое.

Поистинѣ тайны человѣческаго организма неисчерпаемы!

По дорогѣ въ аэропортъ заѣхали въ Свердловскъ, районный центръ, въ районный комитетъ партіи поговорить о Пор­фи­ріи Ивановѣ. Сек­ретарь районнаго комитета Надежда Константиновна Ковалева, между прочимъ, сказала:

«Къ сожалѣнію, у насъ нѣтъ возможности оцѣнить по достоинству этого уникальнаго человѣка. Нѣтъ здѣсь для этого спеціалистовъ. Да, откровенно говоря, и времени серьезно имъ заняться не хватаетъ: районъ большой и сложный, уголь все-таки добываемъ. Вотъ если бы вы намъ помогли привлечь къ Иванову вниманіе общественности, уче­ныхъ...»

Что̀ мы здѣсь и попытались сдѣлать.

Сергѣй Власовъ 4).

1)Порфирій Ивановъ, миръ ему, сказалъ, что природа это есть люди, и въ свѣтѣ этихъ словъ «дѣланіе изъ холода друга» можетъ быть ис­тол­ко­ва­но какъ хожденіе въ истинѣ истина не имѣетъ чести въ этомъ мірѣ, и совершающій праведные поступки живетъ въ трудныхъ условіяхъ, другими сло­ва­ми въ холодѣ.

Въ Священномъ Коранѣ говорится: «Пусть сражаются на пути Аллаха тѣ, которые покупаютъ (или продаютъ) мірскую жизнь за Последнюю жизнь. Того, кто будетъ сра­жать­ся на пути Аллаха и будетъ убитъ или одержитъ побѣду, Мы одаримъ великою наградою.» (Сура «Женщины», аятъ 74.)

2)Сія статья могла быть напечатана только съ такимъ отвѣтомъ.

3)Извѣстны слова Порфирія Иванова, миръ ему: «А вы совершайте правильные поступки и природа не будетъ на васъ набрасываться.»

Въ Священномъ Коранѣ говорится: «Воистину, тѣмъ, которые увѣровали и вершили праведные дѣянія, совершали намазъ и выплачивали закятъ, уготована награда у ихъ Господа. Они не познаютъ страха и не будутъ опечалены.» (Сура «Корова», аятъ 277.)

4)Сія статья взята изъ журнала «Огонекъ» № 8, 1982 года.

Главная страница.