Публикаціи о Порфиріи Ивановѣ.

Экспериментъ длиною въ полвѣка.

Какъ жить не болѣя? Объ этомъ мечтали поколѣнія и поколѣнія. Но и сейчасъ, несмотря на потрясающіе успѣхи медицины, мы съ огорченіемъ должны признать, что болѣть человѣчество меньше не стало. Не будемъ говорить о сложныхъ болѣзняхъ, возьмемъ элементарную простуду. По статистикѣ болѣе половины всѣхъ заболѣваній приходится именно на нее.

Множество есть разнообразныхъ способовъ, помогающихъ человѣку оставаться здоровымъ, среди нихъ на первомъ мѣстѣ стоитъ закаливаніе.

Къ сожаленію, воздѣйствіе холода на человѣка изучено еще весьма слабо. Между тѣмъ цѣлебныя свойства ледяной воды извѣстны давно, тысячелѣтія. И этотъ опытъ народной медицины сегодня съ успѣхомъ перенимаютъ врачи. Въ Калугѣ, напримѣръ, въ первой городской больницѣ холодомъ лѣчатъ неврозы и бронхіальную астму; въ Ялтинскомъ санаторіи имени С. М. Кирова съ помощью зимнихъ купаній въ морѣ избавляютъ отъ гипертоніи и неврастеніи.

Механизмъ благотворнаго вліянія холода на организмъ И. П. Павловъ объяснялъ «встряскою нервнымъ клѣткамъ», рѣзкимъ воздѣйствіемъ на центральную нервную систему. Но по-прежнему многіе вопросы вліянія холода на человѣка остаются открытыми.

Вотъ почему, на нашъ взглядъ, такъ цѣненъ экспериментъ, который вотъ уже почти пятьдесятъ лѣтъ ставитъ на самомъ себѣ житель Ворошиловградской области Порфирій Корнеевичъ Ивановъ. Онъ настолько пріучилъ себя къ холоду, что часами можетъ въ однихъ шортахъ—и босикомъ!—находиться зимой на улицѣ.

Ему пошелъ восемьдесятъ пятый годъ, за полвѣка, что онъ дружитъ съ морозомъ, ни разу не простужался, не болѣлъ ни ангиною, ни гриппомъ. А раньше хворалъ, какъ и всѣ...

О Порфиріи Корнеевиче я узналъ отъ писателя В. Г. Черкасова, который сталъ ярымъ приверженцемъ простой системы оздоровленія, разработанной Ивановымъ. И не онъ одинъ: только въ Москвѣ знаю теперь десятки инженеровъ, врачей, ученыхъ—послѣдователей Иванова. По примѣру Учителя, какъ всѣ они его называютъ, бѣгаютъ по снѣгу босикомъ; о болѣзняхъ забыли, хотя когда-то частенько болѣли, и благодарны судьбѣ, что свела ихъ съ Порфиріемъ Корнеевичемъ.

Еще до поѣздки на хуторъ Верхній Кондрючій, гдѣ онъ живетъ, прочелъ о немъ въ книгѣ двухъ врачей, Н. Агаджаняна и А. Каткова, «Резервы нашего организма»:

«Въ любой морозъ онъ прогуливается босикомъ по снѣгу... и не ощущаетъ при этомъ никакого холода.»

Показалось страннымъ—неужели и правда не чувствуетъ холода? Этотъ вопросъ былъ первымъ, который я задалъ Порфирію Корнеевичу.

«Какъ это не чую холода!—воскликнулъ онъ.—Чую, да еще шибче васъ. Только вы всѣ его боитесь, а я не боюсь. Изъ вѣчнаго врага человѣческаго я сдѣлалъ друга.» 1)

«И вы въ самомъ дѣле никогда не болѣете?»

«Почему же? Все время болѣю. Болѣю мыслью, что я умѣю, а мнѣ не даютъ передать свое умѣніе людямъ.»

«Говорятъ, что вы въ Бога вѣрите.»

«Брешутъ 2). Вѣрилъ когда-то, пока не понялъ, что Богъ пребываетъ не на небѣ, а на землѣ—въ людяхъ, кои сумѣли одержать побѣду надъ собою.»

Интересна судьба этого необычнаго человѣка. Родился въ бѣдняцкой семье; какъ и отецъ, сталъ шахтеромъ. Впервые спустился въ шахту въ пятнадцать лѣтъ. Здѣсь былъ и плитовымъ, и катальщикомъ, и зарубщикомъ, и отбойщикомъ. Въ 1917 году забрали въ армію.

«До фронта доѣхать не успѣлъ,—разсказываетъ Порфирій Корнеевичъ,—царя скинули съ пути.»

Повоевать все-таки пришлось, въ партизанахъ. Пускалъ подъ откосъ эшелоны интервентовъ, однажды спалилъ англійскій самолетъ, за что́ получилъ благодарность отъ командованія. Послѣ войны возстанавливалъ шахты въ Донбассѣ, участвовалъ въ колхозномъ движеніи, руководилъ артелью лѣсныхъ рабочихъ.

Сейчасъ, когда ему идетъ девятый десятокъ, онъ поражаетъ смѣлостью своихъ разсужденій. Онъ и всегда былъ такимъ—дерзкимъ, смѣлымъ, думающимъ. Вотъ такъ однажды (было это на Кавказѣ, стоялъ онъ надъ моремъ, на высокой скалѣ) пришла къ нему мысль: «Почему люди такъ устроены, что лишь полжизни у нихъ проходитъ въ благополучіи—пока молоды; а достигли зрѣлости, казалось бы, жить да жить на пользу другимъ, но не тутъ то было: наваливаются на человѣка болѣзни, дѣлаютъ его неполноцѣннымъ, заставляютъ больше думать не о дѣлѣ, ради котораго онъ и пришелъ на землю, а о себѣ. Болѣзни дѣлаютъ человѣка эгоистомъ. Не оттого ли многія бѣды людскія происходятъ, что человѣкъ не умѣетъ побѣдить свою немощь? Сколько ни кутайся, все равно это не спасетъ отъ недуговъ. А что́, если сдѣлать наоборотъ—не прятаться отъ природы, а пойти ей на встрѣчу, стать ближе къ природѣ, слиться съ нею?»

И Порфирій Корнеевичъ рѣшилъ доказать—сначала самому себѣ, что «нехорошія силы природы» (его выраженіе) можно приручить и обратить ихъ себѣ на пользу. Онъ сталъ выходить на морозъ раздѣтымъ. Сначала на нѣсколько секундъ, потомъ на полминуты. Съ каждымъ разомъ все больше и больше. Дошло до того, что въ метель уходилъ въ однихъ шортахъ за околицу и часами гулялъ въ полѣ среди вѣтра и стужи. Онъ возвращался весь заиндивѣвшій, въ клубахъ пара, и селяне не могли надивиться: неужели завтра не сляжетъ въ постель съ крупознымъ воспаленіемъ легкихъ, а то и съ чѣмъ нибудь похуже?

Но это въ прошломъ. Сейчасъ, когда вышелъ на пенсію, Ивановъ одержимъ идеей передать свой уникальный (несомнѣнно, уникальный!) опытъ закалки людямъ, ученымъ. А что́ ученые? Не спѣшатъ пока. Можетъ быть, не знаютъ объ Ивановѣ?..

«Я обращаюсь къ людямъ,—говоритъ Порфирій Корнеевичъ.—Дорогіе вы мои, всѣ ваши болѣзни отъ нѣжести вашей: отъ тепла, отъ вкусной пищи, отъ покоя. Не бойтесь холода, онъ мобилизуетъ, какъ нынче модно сказывать, защиту организма. Холодъ кидаетъ въ тѣло гормонъ здоровья. Пусть каждый покумекаетъ, что́ ему важнѣе—дѣло или малыя радости. На все должна быть побѣда. Человѣкъ долженъ жить въ побѣдѣ; если ее не получишь, грошъ тебѣ цѣна въ базарный день... Зачѣмъ лѣчиться, когда можно и должно болѣзнь въ тѣло не пускать!»

Еще Марксъ говорилъ, что цивилизованный человѣкъ долженъ такъ же умѣть противостоять природѣ, какъ это умѣли дѣлать древнѣйшіе люди. Порфирій Ивановъ умѣетъ противостоять природѣ. Опорою ему въ этомъ служитъ его система. Онъ шелъ къ ней почти полвѣка и почти полвѣка неукоснительно ей слѣдуетъ. Система эта на первый взглядъ удивительно проста, содержитъ всего семь правилъ, нѣкоторыя изъ нихъ вродѣ бы отношенія къ оздоровленію организма не имѣютъ. Судите сами.

Первое правило. Живи съ постояннымъ желаніемъ сдѣлать людямъ добро и, коли сдѣлалъ, никогда не вспоминай объ этомъ, поспѣши сдѣлать еще.

Правило второе. Все старайся дѣлать только съ удовольствіемъ, съ радостью. И пока не научишься дѣло дѣлать съ радостью, считай, что не умѣешь его дѣлать.

Казалось бы, не о здоровьѣ рѣчь, а по сути—о самомъ что́ ни на есть главномъ здоровьѣ говоритъ старецъ—о здоровьѣ души 3). Безъ него развѣ можно тѣло вылѣчить? Вотъ остальныя его правила:

Не пей ни вина, ни водки.

Одинъ день въ недѣлю голодай, а въ другое время ѣшь поменьше мяса и вообще ѣшь поменьше. («А то сегодня люди просто страдаютъ обжорствомъ, ѣдятъ вдвое больше, чѣмъ природа ихъ требуетъ. Обильная ѣда голову ясности лишаетъ.»)

Ходи круглый годъ босикомъ по травѣ и по снѣгу хотя бы нѣсколько минутъ въ день.

Ежедневно, утромъ и вечеромъ, обливайся холодною водою.

Намъ обоимъ, фотокорреспонденту Эдуарду Эттингеру и мнѣ, прелести этого правила пришлось испытать на себѣ. Сначала мы, конечно, наотрѣзъ отказались. Страшно было даже подумать; тѣмъ болѣе, у меня болѣло горло и начинался насморкъ. Лишь когда мы увидѣли, какъ огорчился Порфирій Корнеевичъ («Значитъ, и вы мнѣ не вѣрите?»), рѣшили рискнуть—ради оздоровленія человѣчества. Когда онъ вылилъ намъ на голову и на плечи по ведру ледяной воды (на улицѣ было около десяти градусовъ), мы поняли, что́ такое неземныя ощущенія. Но черезъ полчаса, кстати сказать, отъ моей простуды не осталось и слѣда. Обливались мы каждый день, но лишь къ концу нашего пятидневнаго пребыванія въ домѣ Порфирія Корнеевича почувствовали вкусъ къ этой процедурѣ. Мы никоимъ образомъ, конечно, не призываемъ никого тутъ же слѣдовать нашему примѣру. Мы только излагаемъ факты.

И послѣднее правило. Почаще бывать на воздухѣ съ открытымъ тѣломъ, и лѣтомъ и зимою. («Пусть тѣло дышитъ и учится брать тепло отъ холода.»)

Кому-то эта мысль Иванова покажется абсурдной, смѣшной. Но вотъ что́ по этому поводу говоритъ спеціалистъ въ области термодинамики, къ слову, одинъ изъ послѣдователей Иванова, кандидатъ техническихъ наукъ И. Хвощевскій:

«Въ результатѣ своего безпримѣрнаго опыта П. К. Иванову удалось показать, что въ человѣческомъ организмѣ въ условіяхъ холода начинаютъ проявляться процессы, связанные съ постоянной выработкой внутренней энергіи. Не исключено, что это перекликается съ геніальной, возможно, но пока не получившей убѣдительнаго обоснованія гипотезой К. Э. Ціолковскаго о медленномъ и безплатномъ отнятіи энергіи отъ окружающихъ холодныхъ тѣлъ. Мы дѣйствительно очень мало знаемъ о человѣкѣ, о его резервныхъ возможностяхъ. Не исключено, что въ необычныхъ, экстремальныхъ условіяхъ въ организмѣ открываются невѣдомыя намъ качества; пока мы можемъ только догадываться о нихъ. Вотъ почему такъ важенъ опытъ, который въ теченіѣ полувѣка проводитъ на себѣ Порфирій Корнеевичъ Ивановъ. Трудно найти другой примѣръ подобной цѣлеустремленности...»

На хуторѣ у Иванова много послѣдователей. Первая изъ нихъ—его жена, Валентина Леонтьевна. Когда-то она очень тяжело болѣла, теперь, въ свои семьдесятъ, считаетъ себя совершенно здоровымъ человѣкомъ.

«Я боюсь,—говоритъ она,—зимой пропустить и одного дня, чтобы не выйти раздѣтою на морозъ, не окатиться ледяною водою. А вдругъ болѣзни опять нагрянутъ, какъ это было двадцать пять лѣтъ назадъ.»

Валентина Леонтьевна, такъ же какъ и Порфирій Корнеевичъ, очень мало ѣстъ. И несмотря на то́, что весь день въ работѣ (какъ и любая крестьянская женщина), устаетъ теперь значительно меньше, чѣмъ раньше, когда еще не дружила съ холодомъ и не ограничивала себя въ ѣдѣ. Вполнѣ возможно, что оба этихъ фактора какимъ-то образомъ связаны между собою—одно помогаетъ переносить другое.

Поистинѣ тайны человѣческаго организма неисчерпаемы!

По дорогѣ въ аэропортъ заѣхали въ Свердловскъ, районный центръ, въ районный комитетъ партіи поговорить о Порфиріи Ивановѣ. Секретарь районнаго комитета Надежда Константиновна Ковалева, между прочимъ, сказала:

«Къ сожалѣнію, у насъ нѣтъ возможности оцѣнить по достоинству этого уникальнаго человѣка. Нѣтъ здѣсь для этого спеціалистовъ. Да, откровенно говоря, и времени серьезно имъ заняться не хватаетъ: районъ большой и сложный, уголь все-таки добываемъ. Вотъ если бы вы намъ помогли привлечь къ Иванову вниманіе общественности, ученыхъ...»

Что́ мы здѣсь и попытались сдѣлать.

Сергѣй Власовъ 4).

1)Порфирій Ивановъ, миръ ему, сказалъ, что природа—это есть люди, и въ свѣтѣ этихъ словъ «дѣланіе изъ холода друга» можетъ быть истолковано какъ хожденіе въ истинѣ—истина не имѣетъ чести въ этомъ мірѣ, и совершающій праведные поступки живетъ въ трудныхъ условіяхъ, другими словами въ холодѣ.

Въ Священномъ Коранѣ говорится: «Пусть сражаются на пути Аллаха тѣ, которые покупаютъ (или продаютъ) мірскую жизнь за Последнюю жизнь. Того, кто будетъ сражаться на пути Аллаха и будетъ убитъ или одержитъ побѣду, Мы одаримъ великою наградою.» (Сура «Женщины», аятъ 74.)

2)Сія статья могла быть напечатана только съ такимъ отвѣтомъ.

3)Извѣстны слова Порфирія Иванова, миръ ему: «А вы совершайте правильные поступки и природа не будетъ на васъ набрасываться.»

Въ Священномъ Коранѣ говорится: «Воистину, тѣмъ, которые увѣровали и вершили праведные дѣянія, совершали намазъ и выплачивали закятъ, уготована награда у ихъ Господа. Они не познаютъ страха и не будутъ опечалены.» (Сура «Корова», аятъ 277.)

4)Сія статья взята изъ журнала «Огонекъ» № 8, 1982 года.

Главная страница.